23:42 

театральные байки

Однажды в "Евгении Онегине" секундант перепутал пистолеты и подал заряженный Ленскому. Ленский выстрелил, Онегин от неожиданности упал. Ленский, чтобы как-то заполнить понятную паузу, спел известную фразу Онегина: "Убит!". Секундант в замешательстве добавил: "Убит, да не тот".

*

- На одном из спектаклей "Евгения Онегина" пистолет почему-то не выстрелил. Но Онегин не растерялся и ударил Ленского ногой. Тот оказался сообразительным малым и с возгласом: "Какое коварство! Я понял все - сапог отравлен!" - упал и умер в конвульсиях.

*

Ставили бессмертное творение А. С. Пушкина "Евгений Онегин". В одной из последних сцен, Евгений (Е) прибывает на бал к своему старому другу (Д) и видит Татьяну (в малиновом берете). При этом звучит следующий диалог:
Е. - Кто там в малиновом берете с послом турецким говорит?
Д. - Так то жена моя.
Е. - Так ты женат?
Д. - Уже два года!
Ну, и далее по ходу пьесы.
Так вот. Во-первых, реквизиторы не нашли малинового берета и заменили его зеленым. А, во-вторых, артист, игравший мужа Татьяны, и актриса, игравшая Татьяну, были брат и сестра. Вот что из этого получилось.
Премьера. Зал битком набит местным бомондом и просто любителями театра. Входит Евгений, подходит к другу и ищет глазами яркое малиновое пятно... его нет... находит глазами Татьяну... Далее диалог:
Е. - Кто там... в ЗЕЛЕНОВОМ берете?
Д.(которого перемыкает от данной реплики...) - Так то СЕСТРА моя!
Е.(который чувствует, что что-то не то происходит, но до конца еще не осознал...) - Так ты СЕСТРАТ?!
Д. - Уже два года!

*

"Бесприданница" Островского. Премьера, первый спектакль. По спектаклю, Карандышев отговаривает текст: "Так не доставайся же ты никому" и стреляет в Ларису из пистолета, Лариса падает. А выстрел обеспечивался в то время так: реквизитор за кулисами, на реплику, бьет молотком по специальной гильзе, гильза бухает - Лариса падает. Премьера, ля, ля тополя... "Так не доставайся же ты никому", наводит пистолет, у этого за кулисами осечка, выстрела нет. Актер: "Так вот умри ж!" перезаряжает, наводит пистолет второй раз, за кулисами вторая осечка. Карандышев перезаряжает в третий раз: "Я убью тебя!", третья осечка. Лариса стоит. Вдруг из зала крик: "Гранатой ее глуши!". Занавес, спектакль сорвался, зрителям вернули деньги. Режиссер час бегал по театру за реквизитором с криком: "Убью, сволочь!!!" На следующий день, вечером, опять "Бесприданница", с утра разбор вчерашнего полета: мат-перемат, все на реквизитора катят, тот оправдывается: "Но ведь не я гильзы делал, ну сырые в партии попались, но много же народу рядом, видите же, что происходит, можно же помочь, там у суфлера пьеса под рукой: шмякнул ей об стол, все оно какой-никакой выстрел, монтировщик там доской врезал обо что-нибудь, осветитель лампочку мог разбить, ну любой резкий звук, она бы поняла, что это выстрел, и упала бы". Вечером спектакль, все нормально, доходит до смерти Ларисы, Карандышев: "Так не доставайся же ты никому!", наводит пистолет, у реквизитора опять осечка. Вдруг, с паузой в секунду, из разных концов за кулисами раздается неимоверный грохот: суфлер лупит пьесой об стол, монты - молотками по железу, осветитель бьет лампочку. Лариса явно не понимает, что это выстрел, ибо на выстрел эта беда никак не походит, и продолжает стоять. Из зала крик: "Тебе ж вчера сказали, гранатой ее глуши!"

*

В одном из небольших гоpодов театp пpоездом давал "Гpозy" Остpовского. Как многие, наверно, помнят, там есть сцена самобpосания тела в pекy. Для смягчения последствий падения обычно использовались маты. И обычно их с собой не возили, а искали на месте (в школах, споpтзалах). А здесь вышел облом: нет, не дают, никого нет и т. п. В одном месте им пpедложили батyт. Делать нечего, взяли, но в сyматохе (или намеpенно) забыли пpедyпpедить актpисy. И вот пpедставьте себе сценy: геpоиня с кpиком бpосается в pекy... и вылетает обpатно. С кpиком... И так несколько pаз... Актеpы с тpyдом сдеpживаются (сцена тpагическая), зpители в тpансе... В этот момент один из стоящих на сцене с пpоизносит:
- Да... Hе пpинимает матyшка-Волга...
Актеpы, коpчась, падают, актpиса визжит, зpители сползают с кpесел...

*

Одно время в театрах было запрещено пользоваться стартовыми пистолетами. Категорически приписывалось пользоваться на сцене макетами оружия, а выстрелы подавать из-за кулис. В одном театре на краю каменоломни стоит связанный комсомолец, а фашист целится в него из пистолета. Помреж за кулисами замешкался. Выстрела нет и нет. Фашист ждал-ждал и в недоумении почесал себе висок дулом пистолета. В этот самый момент грянула хлопушка помрежа! "Фашист", будучи артистом реалистической школы, рухнул замертво. Тогда комсомолец, понимая что вся ответственность за финал легла на него, с криком "Живым не дамся!" бросается в штольню. Занавес.

*

Идет спектакль в МХАТе. На сцене Раневская.
И по сценарию к ней выходит служанка и говорит:
-Синьора, ваш муж погиб...
Ответ должен быть:
-Мой муж? (и последующий обморок)
На сцене:
Служанка: - Синьора, ваХ муХ...
Раневская: - МоХ муХ??
В обмороке - зал.

*

Раневская приехала на гастроли во Львов - город ее детства. Вечером вышла на балкон гостиницы увидела такое, отчего у бедной пожилой женщины резко подскочило давление: огромными неоновыми буквами в вечернем небе города горело неприличное слово... - Ф.Г. страшно расстроилась. А на утро выяснилось, что это была вывеска магазина "Мебель", просто первая буква отвалилась...

*

Байка от Иосифа Райхельгауза
Шел один из премьерных спектаклей "Чайки", мне сказали, что вечером придет Александр Володин и как будто он чуть ли не специально приехал на спектакль из Петербурга. Я нервничал и с нетерпением ждал конца спектакля.
Мне нравится смотреть финал "Чайки", когда Треплев стреляется. У Чехова это происходит за кулисами, а в нашем спектакле артист Виктор Шамиров очень обстоятельно прилаживает ружье, натягивает веревку, привязанную к спусковому крючку, ружье действительно стреляет, и Треплев медленно падает на сцену того самого театра, где когда-то ставил свой спектакль с Ниной Заречной. Персонажи на другом конце сцены слышат выстрел, и только тогда Дорн выходит смотреть, что случилось. Дальше следует знаменитая фраза "Дело в том, что Константин Гаврилович застрелился" и финальная мизансцена, которой я очень горжусь.
Спектакль шел замечательно. Компания в доме Сорина играла в лото, Треплев-Шамиров выслушал монолог Нины Заречной, повозился с ружьем, дернул за веревку, и... выстрела не последовало. У меня по спине пробежали мурашки.
Шамиров еще раз дернул за веревку, и опять ничего не произошло. Виктор - артист очень нервный, к тому же еще и режиссер, поэтому он как-то неуклюже и некстати топнул ногой, повесил на ружье шапочку и лег на сцену. Я пришел в ужас - финал был сорван.
Зрители, правда, все равно аплодировали. Но для меня дороже всех был Володин, и я уже представлял себе, как буду оправдываться и объяснять, что произошла чудовищная накладка. Сильно расстроенный, я стоял у выхода и ждал Александра Моисеевича. Он выбежал с распахнутыми объятиями и стал громко и эмоционально говорить:
- Иосиф Леонидович! Гениально, потрясающе! Спасибо!
Я начал что-то не очень внятно объяснять - мол, было бы неплохо, если бы ружье все-таки выстрелило. Володин меня не слушал и продолжал:
- Гениально! Великолепно! Грандиозное режиссерское решение - Треплев не стреляется! Это лучшая "Чайка" в моей жизни!

*

К Константину Райкину пришла журналистка из светского журнала — и спустя несколько секунд выяснилось, что она, как говорится, не в материале. То есть совсем.
В худруке "Сатирикона" взыграла педагогическая жилка — он предложил журналистке хорошенько подготовиться к интервью, почитать прессу, посмотреть спектакли театра...
Журналистка позвонила через месяц и доложила о завершении ликбеза. Педагогический талант Кости торжествовал. Была назначена новая встреча. Чай, диктофон на столе...
— Ну, — сказала журналистка, — первый вопрос, Константин... Простите, как вас по отчеству?

*

Гастроли провинциального театра, последний спектакль - трезвых нет. Шекспировская хроника, шестнадцать трупов на сцене. Финал. Один цезарь над телом другого должен произнести фразу:
“Я должен был увидеть твой закат
Иль дать тебе своим полюбоваться”.
То есть один из нас должен умереть.
И вот артист произносит:
- Я должен был увидеть твой... - а дальше забыл, надо выкручиваться, а это же стихи!... И он таки выкрутился:
- Я должен был увидеть твой... конец! - и задумчиво спросил:
- Иль дать тебе своим полюбоваться?..
И мертвые поползли со сцены...

*


По сюжету одной пьесы муж должен был неожиданно войти в комнату, в которой неверная жена только что сожгла письмо от любовника. Втянув воздух ноздрями, муж кричал, что он слышит запах жженой бумаги, и недвусмысленно интересовался тем, что же такое секретное жгла его жена. Пойманная за руку неверная супруга со слезами во всем признавалась.
На премьере же, однако, сценический рабочий забыл зажечь свечу на столе перед тем, как занавес открыли. Блудница долго металась по сцене, пытаясь понять, что же ей делать со злополучным письмом. В конце концов, от безнадежности положения, разорвала его на мелкие клочки. Вошедший муж оглядел картину и, после секундного замешательства, произнес: «Я слышу запах рваной бумаги! Сударыня, извольте объясниться!»

*

Ставили спектакль по крокодилу Гене.
Основная проблема состояла в том, что артист игравший Чебурашку совершенно не выговаривал букву "Р". Сценаристы очень долго мучались и таки написали все слова для него без единой буквы "Р"!!! (кстати, капустник был детский и какое либо нарушение в русском языке, особенно для детей, считалось, чуть ли, не преступлением!!)
Кульминация!
По сценарию:
Чебурашка: Гена, пой!!!
А он таки выпендрился:
Чебурашка: К''окодил, иг"ай!!!

*

Актер во время спектакля почувствовал, что у него отклеивается
фальшивая борода. Бросив партнерше реплику: "Извини меня,
дорогая, мне кажется, кто-то пришел", он выскочил за кулисы.
Но гримера, на его беду, поблизости не оказалось. Тогда он
совершенно сорвал бороду и вернулся на сцену.
- Кто это был? - спрашивает партнерша в растерянности.
- А, ерунда, всего лишь парикмахер.

*

На одном из спектаклей в сцене дуэли Онегина с Ленским у Онегина не выстрелил пистолет. Ленский на всякий случай все же упал. Тогда стоявший за кулисами бас Зарецкий не растерялся и пропел:
- Он умер от разрыва сердца...

*

Юному актеру впервые досталась главная роль. Спрашивает он у
старого, опытного актера:
- Весь первый акт мне нужно играть пьяного в стельку человека
- я очень волнуюсь, так как неуверенно себя чувствую.
- Молодой человек - это совсем не трудно - вы спускаетесь в
буфет и выпиваете 100, 200 или 300 грамм коньяку и играете себе...
- Но дело в том, что во втором акте мой герой абсолютно
трезв...
- Ну, батенька, здесь уже талант нужен!

*

Служил в конце 70-х в театре Моссовета хороший актер Леонид Марков (кто-то может быть помнит его по главной роли в фильме «Мой ласковый и нежный зверь»).
Был Марков по амплуа классический герой-любовник, а по старой театральной традиции первому любовнику (на театральном сленге – первому любцу) в театре «дают» все. То есть, практически любую актерку имеет он право завалить, ну, так повелось издавна…Традиция.
Так вот. Поехал как-то Марков на гастроли, в какую-то жопу мира типа Норильска, напился там, набузил, побил администратора гостиницы и пришла в театр телега: «Актер вашего театра…тыры-пыры…позорит звание советского артиста…дайте ему вообщем звиздюлей».
Дирекция театра Моссовета, делать нечего, объявляет Маркову выговор. Он страшно обижается, еще бы, ему, народному артисту и вдруг выговор! И тут как тут, Царев, бывший в то время худруком Малого театра, давно мечтавший переманить Маркова к себе, уговаривает его ререйти в Малый театр. Марков дает согласие. Весь театр Моссовета в ужасе – Марков играет главные роли в 10 спектаклях. Если он уходит – звиздец всему репертуару. Вообщем, натурально паника.
И вот… бабы-актерки собрались в кучку, посовещались и отрядили актрису Ч. (она еще жива, потому без фамилии) пойти поговорить с Марковым.
Присаживается она в буфете с ним рядом за столик и говорит:
« Лень, ну ты чего? Мы слышали - ты уходить решил. Так вот …мы тут с бабами поговорили и вот чего думаем. Ну пойдешь ты в Малый…тебе ж там как первому любцу трахать надо будет всех, ебать, а ты уже старенький, у тебя хуй не стоит. Ну чего ты туда пойдешь? А мы тебя тут с бабами помним, уважаем, помним какой ты был молоденький…Не ходи ты в этот Малый, оставайся.»
Вот так и остался Леонид Марков в театре Моссовета. Там и доиграл свое.

*

Малый театр едет на гастроли. В тамбуре у туалета стоит в ожидании знаменитая Варвара Массалитинова. Минут пятнадцать мается, а туалет все занят. Наконец, не выдерживает и могучим, низким голосом своим громко произносит:
-Здесь стоит народная артистка РСФСР Массалитинова!
-А здесь сидит народная артистка СССР Пашенная! Подождешь, Варька! – раздается из-за двери еще более мощный и низкий голос.

*

Театральная труппа на гастролях, времена советские, дают "Молодую гвардию".
Статистов, естественно, играли местные театралы, для экономии: ну, не возить же с собой из города в город кучу эсэсовцев, из которых один только и говорит в конце "Откройте - ГЕСТАПО!" (как можно более зловещим голосом). И вот в очередном городишке "наняли" очередных эсэсовцев. Идет спектакль, кульминация событий - Олега Кошевого с минуты на минуту должно прийти забрать ГЕСТАПО. Олег с мамой дома. Стук в дверь.
Мама: - Хто це?
Олег: - Hе лякайтесь, мамо, це по мене.
Стук повторяется. Мать падает на колени и начинает причитать:
- Ой синку, синку!!! Ой лишенько менi, лишенько!!! Ой боже мiй, боже!!!
И тут опять повторяется стук в дверь, и голос с еврейским акцентом за сценой:
- Ой, да не волнуйтесь Вы так: это - ГЕСТАПО. Олег дома?

*

Играли идеологически правильную пьесу про Сталинград. В одной из центральных сцен смертельно раненый солдат должен был торжественно просить "Дайте мне воды из Волги напится!", товарищи приносили ему в каске воду из Волги, он демонстративно Пил и тут же умирал. Далее следовала торжественная сцена Скорби с большой массовкой. А надо вам заметить, что испонитель роли смертельно раненого солдата бы старый пьяница, и остальные актёры решили над ним пошутить – налить вместо воды в каску водки. И вот наступает трагический момент, солдат приподнимается на локте, и надрывно просит - "Дайте мне воды из Волги напится!". Ему «зачерпывают» воды из Волги и подают в каске (на самом деле в каске водка). Смертельно раненый солдат выпивает каску до дна, утирает губы рукавом гиманстерки, затем протягивает каску обратно товаришам и говорит: «Ещё!».
А надо вам заметить, что у театральных такой закон, что если на сцене тебя обуревает какая-то неподобающая эмоция (например, смех), тебе надо немедленно покинуть сцену. Соответственно, раненый солдат остается на сцене один. В зале непонятка. Пытаясь как-то выправить положение, с протянутой каской в руках, раненый солдат подождав некотрое время, говорит – «Наверное, больше не принесут... Надо умирать!».

*

Мастером на курсе у нас был ученик Товстоногова (у него этих учеников было, как... грязи) Александр Иосифович Попов, на тот момент - главный режиссер Свердловского театра драмы. И жена у него актирсой была, и дочь - затем в актирсы подалась. Из Свердловска Александра Иосифовича выжили - коллектив актерский его скушал, как водится, и перебрался мой мастер бывший главным режиссером в Тульский драмтеатр (несколько его выпускников с нашего курса у него в этом театре работали). И поставил он там Шекспира нашего, значиться, Уильяма. "Ромео и Джульетту" ни много, ни мало. Принцип семейственности и тут проявился в полной красе - кормилицу играла супруга ражиссера, а Джульетту - его дочь, к тому времени уже освоившая азы актерского ремесла. Но не о них речь. А речь об отце Лоренцо. Роль эту режиссер-постановщик отдал старому актеру-алкоголику. Актер, как известно мастерство пропить не может, зато вот память...
И вот один из спектаклей (не помню, премьерный был показ или нет...), финальная патетическая сцена. Ромео и Джульетта уже мертвы, все персонажи на сцене. Появляется отец Лоренцо, который в монологе должен дать разъяснение всем вопросам и отгадки всем загадкам.
Выходит актер (разумеется, сильно датый). Стоит над телами. Тут бы ему свой монолог начать, а он текст забыл... Пауза. Пауза длится,длится. Отец Лоренцо морщит лоб, пытаясь вспомнить текст. Не вспоминается.
- Э-э-э, вот... - руками разводит, и наконец выдает, - Простите, люди.
И уходит.
Немая сцена - поскольку никто не знает, что делать дальше. Покойные влюбленные из Вероны, лежащие на сцене тихо корчатся со смеху. И тут Князь выдает свою финальную реплику по Шекспиру:
- В письме подтверждены слова монаха...
Занавес.

*

Оперные басы, чтобы звук был ниже и "гуще". имеют манеру при пении пригибаться этак чуть наклоняясь вперед, чтобы "из глубины шло". Ну вы представляеете примерно, да?
Идет "Борис Годунов", актер выходит к краю сцены, принагибается эдак и почти в оркестровую яму, рокочущим басом:
- Прррра-во-слаааа-вны-еееее....
Дирижер Фридман палочкой на него машет:
- В зал, в зал пойте! Тут православных нет!

*

Был спектакль, детский, в нём роль попугая играл мужчина один. Все актеры были с амбициями, он один – без, и поэтому играл попугая постоянно.
Поскольку слов-то у него, как у попугая, был минимум, этот актер позволял себе играть пьяным. Режиссер смотрел на это сквозь пальцы, ибо, согласитесь, не велика беда, если попугай дурашлив. Это же не Отелло.
Но однажды попал бедолага в неловкое положение. Не рассчитал с количеством выпитого.
Всем нам когда-либо приходит срок отлить. По ходу спектакля попугай осознал, что ему необходимо сделать это прямо сейчас, иначе он прямо здесь... при детях… Ужас-то какой!
И он вместе со своей клеткой отправился в закулисье.
Остальные актеры, участвовавшие в сцене, поняли, что нужно же как-то выходить из положения, попугай-то на сцене должен быть, и точка! Один из них, в бороде и усах, спрашивает: «Попугай, попугай, ты куда?». Попугай (хмуро, из клетки): «Куда, куда... Домой!». Борода (лихорадочно соображая): «А где твой дом, попугай?».
Попугай (раздраженно): «Где, где?…», и набирает в легкие воздух…
Режиссер за кулисами зажмуривается, ожидая веселой рифмы. Прощается с должностью – спектакль-то детский.
Попугай ненавидяще обводит взглядом присутствующих на сцене:
«… В ГНЕЗДЕ!»
И уходит вместе с клеткой.

*

Дело было в Питере где-то в середине семидесятых.
Рассказывают, что к Александру Володину прицепился какой-то не сильно трезвый бард и начал, что называется, меряться статью.
— Вот вы, — сказал бард, — драматург. Ладно. А я, — бард загнул палец, — поэт! — Бард загнул другой палец. — Композитор, кандидат наук, гитарист, альпинист...
Когда бард загнул всё, что у него было с собою, и иссяк, Володин встал и молча поклонился ему в пояс.

*

Спектакль "А зори здесь тихие" На сцене обсуждают план-перехват, ждут подмоги. Всё очень тревожно. Играет симфоническая музыка. Вдруг из-за кулис появляется актриса Буторина, играющая Лизу Бричкину. На ней пилотка, разукрашенная ромашками из какого-то детского спектакля. Вся голова в ромашках! На сцене, естественно, хохот. Спектакль сорван.
На следующий день режиссер Соколов делает выговор всем актрисам, кроме Буториной. Актеры волнуются: "Почему ей-то не высказываете?!" Соколов молча кладет на стол буторинскую объяснительную. Там всего одно слово - "Маскировалась".

*

Знаменитый спектакль "Дон Сезар де Базан". В главной роли - Валентин Воронин. Разыграно уже несколько диалогов. В конце первого акта на сцену выходит актер Юрий Васильев, в репертуарном потоке запутавшийся в собственных ролях.
Выходит и докладывает: "Я - дон Сезар де Базан. Добрый день!"
Воронин теряет дар речи: "Здравствуйте! А я кто?"

*

Однажды зрительница после просмотренной пьесы пришла к Умпелевой за кулисы и сказала: "И это спектакль?! Лучше бы я халвы купила!"

*

Михалков, сняв фильм "12", решил это дело отпраздновать и позвал к себе на дачу всех-всех-всех. Ну, гуляют как могут, и конечно Маковецкий в зюзю. А Михалков ждет Путина, волнуется, усы приглаживает, нервничает... Под конец решает делегацию послать к воротам, встречать чтобы. А Путин, не даром кгб-шник, один и без охраны через заднюю калитку прошел. Идет по дорожке, а там на скамеечке Маковецкий сидит.
-О! - сказал Маковецкий, тыча в него пальцем. - Путин!
-Да, - скромно сказал президент. - Путин Владимир Владимирович.
Маковецкий вскинул руки и страшным голосом закричал:
-ПОКАЙСЯ!!!
Путин страшно рассердился и куда-то быстро отошел. К Маковецкому немедленно подбежал Михалков, схватил его за грудки и, потрясая его, как мешок с тряпьем, начал кричать актеру в лицо:
-Ты! Да ты! Да ты понимаешь, что ты себе подписал! Да ты больше никогда! Нигде! Ни в одном фильме! Ни в один фильм, ни на одну сцену тебя не возьмут, пока я жив!!
Маковецкий молчал и слушал, а когда Михалков отпустил его на землю - мирно сказал:
-Ну, лет пять-то я подожду, не страшно.

*


URL
Комментарии
2008-01-23 в 10:53 

настоящий пацан знает много асан
ааааааааа ))))))

2008-02-03 в 00:18 

я люблю тебя, раздевайся.
ааааа я не могуу :lol: :lol:

2011-02-09 в 00:27 

Мастером на курсе у нас был ученик Товстоногова (у него этих учеников было, как... грязи) Александр Иосифович Попов...
Интересно знать, кто этот иуда-ученик, что так пишет о своём учителе, потрясающем, талантливейшем Режиссёре и Человеке большой души???!!! Только бездарности могут так мерзко и подленько гадить в интернете, пытаясь таким образом самоутвердиться. Заодно и гениального Товстоногова лягнул! Видимо, совсем у этого ученичка актёрская судьба не сложилась, вот и брызжет ядом. Только вот Мастерам уже не надо ничего никому доказывать, они уже всё доказали,оставив след в благодарных сердцах зрителей. А вот написавший этот пост...кто он? что он? кто его знает? кто о нём вспомнит?

URL
   

да вот.

главная